Данила Поляков Модель Сейчас

Но ни один проект не может на него рассчитывать, если Данила ПОТЕРЯЛ ИНТЕРЕС. он уйдет не оглянувшись, какие бы деньги при этом ни терял
С enfant terrible московской богемы мы встретились в старой, колоритно запущенной квартире, которую он снимает в самом центре Москвы.

Данила, вот что мне бросилось в глаза: вы живете, как и положено богеме, в старой обшарпанной квартире, но у вас идеальный порядок — всё разложено по полочкам, тарелки в стопочках, каждую вещь, которой вы воспользовались, кладете туда, где взяли. Откуда такое стремление к порядку?
Это маниакально-депрессивный педантизм. В данный момент жизни я пытаюсь всё систематизировать и структурировать свой психологический комфорт. Это доставляет мне удовольствие, делает меня более спокойным. Я люблю, когда чисто. Если я прихожу к кому-то в гости и вижу адский бардак, конечно, я не делаю о человеке негативного вывода. Но в пространстве, в котором живу я, в котором отдыхаю, собираюсь с мыслями, мне важно, чтобы всё было на своих местах.

Вас родители приучили к порядку?
Не уверен. Конечно, родители учили нас, детей, собирать игрушки. Мама на нас кричала и разными способами пыталась заставить их убирать, а мы не слушались. Иногда она говорила: если вы сейчас не соберете игрушки, я их выкину, а мы всё равно не собирали.

Не верили, что она их выкинет?
Все-таки несколько раз она их выкидывала. Позже, когда мы выросли и вспоминали это, мама рассказывала, как ей тогда было обидно, ведь игрушки купили недавно, и они были такие классные! Мама была педагогом, сама покупала нужные игрушки, любила все эти вещи, но выкидывала — в воспитательных целях.

А кем был ваш отец?
Папа был художником. Он занимался и чеканкой, и декораторством, и живописью — был и портретистом, и маринистом, писал практически во всех техниках. Одно время он работал главным художником парка Горького. А потом много ездил по России, оформлял всякие дворцы культуры и так далее.

У вас было строгое воспитание? Были какие-то обязанности, кроме как учиться и свои вещи убирать?
Я не знаю, не могу сказать, строго это было или нестрого. Ну понятно, дети есть дети. Они веселятся, резвятся. На самом деле сложно об этом говорить, я не очень хорошо это помню, надо задуматься… Нам ничего не запрещали, но мы должны были сами за себя отвечать.

Родители вас наказывали?
Любые дети достают и проверяют, до какой степени можно родителя довести. Нас было пятеро — четыре брата и сестра. Понятно, что у родителей был сильный иммунитет. Я был младшим, у родителей еще до меня была стопроцентная выдержка. Вывести их из себя, довести до критической ситуации. Хотя помню, что один раз вывел маму. Я мешал сестре заниматься на скрипке, ну вот прямо пакостил — бегал вокруг, доставал. И мама меня специально сильно напугала — сказала, что отлупит смычком. Но я не помню, отлупила она или нет. Вроде нет, не отлупила.

Вы росли в многодетной семье, родители в трудах, все как у всех. А выросли совсем не таким, как все.
Я убежден в том, что я не уникален, что мой образ жизни не уникален.

Но большинство-то идет по другому пути.
Вы спрашиваете, почему я не пошел в институт и так далее? Мне неинтересно учиться.

И в школе неинтересно было?
Нет. Мне было интересно обществознание, и всё. А еще нравилось ходить в бассейн. Я не люблю запоминать факты. Читать я вообще никогда не любил, мне неинтересен фантазийный мир, когда ты читаешь и у тебя возникают все эти ассоциации. Меня это не заряжает никакой энергией.

В школе у вас были друзья? В хоккей играли, например?
В школе я занимался фехтованием и тогда же начал танцевать. В хоккей не играл. Я помню одну смешную ситуацию перед Новым годом. Мы все делали друг другу подарки. Недели за две до Нового года выставляли большие мешки, все туда складывали подарки, подписывали их. К Новому году мешки были набиты. Однажды, помню, мне закрыли глаза или отвлекли меня, но я просек, что несут большой подарок, который не помещается в мешке. Это отец пронес хоккейную клюшку. Помню, что потом мы пошли с ним играть в хоккей, мне дали эту клюшку. Но мне было неинтересно. Мне вообще неинтересен мужской образ жизни. Тогда, помню, отец расстроился чуть-чуть.

А чем вы занимались с друзьями, если не играли в хоккей?
Как-то мы по-другому развлекались: были качели, были какие-то путешествия в лес — лазили, что-то конструировали. Не войнушки, а скорее какие-то исследовательские занятия — сделать палку с когтями, чтобы забираться по отвесной стене, какие-то другие приспособления. В детстве мне нравилось ходить и что-то собирать — вот такие игры.

Вы в школе одевались и стриглись как все? Или уже не как все?
Нет, не как все. У меня же была старшая сестра, которая училась на парикмахера. И для нее, понятно, я был подопытной куклой. Это накладывало отпечаток на мой внешний вид. Я вспоминаю, например: они с подругой красят друг другу волосы. «А давай тебе тоже сделаем чубчик?» — «Ну давайте». Вот эти два момента — тюнинг и самовыражение — по-настоящему были интересны.

А чем вам интересен тюнинг? Обычно мальчиков это не волнует.
Мне интересно модифицировать себя. Может быть, это какое-то вранье, сокрытие чего-то. Может быть, хочется, чтобы о тебе больше заботились. Ну как молодой человек выглядит, когда у него нет девушки? Ему, грубо говоря, наплевать на то, как он выглядит. А когда появляется девушка — для нее же важно, как выглядит ее молодой человек, — она начинает за ним ухаживать. И мужчины преображаются.

И вы ходили в школу с выкрашенным чубчиком? А что учителя?
Да ничего. У нас некоторые и более ярко самовыражались. Красили волосы в белый, в красный. Это классно, когда подросток может самовыражаться — прокалывать себе брови, губы, нос, красить волосы. Детей, мне кажется, нельзя ограничивать в возможности самовыражения. Надо учить отличаться.

А зачем обязательно отличаться?
Для того чтобы жизнь была более интересной. Я не верю, что в счастье все одинаковые, что все живут только духовным ростом, это какое-то рабство. Рабство и ужасный режим. Мне кажется, нужно как можно ярче выглядеть.

Меня поражает ваша абсолютная вежливость, меня удивляет, что можно внешне выглядеть шокирующе и при этом так соблюдать политес.
Это же тоже имитация. Я пытаюсь произвести впечатление, не ленюсь делать что-то правильное. Я на самом деле благодарен родителям за то, что они меня так воспитывали.

А что после школы? Родители хотели, чтобы вы учились дальше?
Они предлагали варианты, но считали, что ребенок должен сам решать куда ему идти. Было бы круто стать ландшафтным дизайнером, но это стоило очень дорого. Я хотел стать журналистом, окончил подготовительные курсы, но были проблемы с поступлением, а мне нужна была отсрочка от армии, и я пошел в Университет Натальи Нестеровой на рекламу. Но скоро его бросил. Я уже тогда был профессиональной моделью и параллельно танцевал в балете у DJ Грува, потом в составе группы Demo, а потом в танцевальной группе у Валерии.

Кто вас привел на подиум?
Как-то ко мне подошла дизайнер — знакомая, которая заканчивала текстильную академию, и предложила участвовать в показе ее выпускной коллекции, а потом в конкурсе молодых дизайнеров Smirnoff Fashion Awards. Мы показывали коллекцию одежды из красной искусственной замши и чешуи. На этом конкурсе меня заметила Галя Смирнская, стилист, и предложила сняться в fashion-истории для журнала «Птюч». Потом были еще какие-то съемки. В период затишья — и танцевального, и вообще эмоционального — я пошел в модельное агентство President. Я хотел работать за границей, хотел поехать в Париж. В каком году взорвали башни-близнецы? В 2001-м? Короче, мою поездку обломал момент башен-близнецов.

Почему?
Вообще-то, в моделей-мужчин деньги никогда не вкладывались, брали только суперуникальных, у которых реально был свой творческий образ. Модельное агентство Next, куда я собирался ехать, хотело меня взять, но у них в Нью-Йорке погибли девушки и им было не до этого. А потом в агентстве President сменился директор, новый директор отправил мою фотографию в лондонское агентство Storm, и они меня взяли. Так началась моя профессиональная модельная карьера за границей.

Как вы думаете, почему вас взяли?
Я думаю, понравился мой образ. Я же его формировал как-то. Знания законов рекламы, которые я получил во время учебы, мне тоже помогли. Я понимал, что самопиар — это важно. И при этом я еще любил свою работу, мне интересно было работать с трансформацией внешности. Маша Железнякова (сегодня директор по развитию бренда Arsenicum. — Прим. ОК!), с которой мы вместе танцевали в Demo, покупала все fashion-журналы — Elle, Vogue, L’Officiel. Она их изучала, и я их изучал, когда приходил к ней делать прически. Ты листаешь эти журналы, видишь разные образы. Тебе начинает нравиться, ты видишь: вот это круто, это интересно, а это не очень. Понимаешь, что ты можешь просто краской разных оттенков из маленьких баночек изменить себя полностью, кардинально. С помощью причесок ты можешь создать себе абсолютно любую внешность. А следовательно, тебя будут воспринимать по-другому. Ты можешь превратиться в человека, который тебя восхищает, ты можешь выглядеть как он.

Это интересно:  Амбиверт это человек который

Карьера шла в гору?
Я ушел из модельного бизнеса, перестал активно им заниматься в тот момент, когда меня полюбили практически все профессионалы этой индустрии. У меня жизнь так развернулась, что я не мог продолжать ездить за границу. Плюс у меня появилось непонимание среды, в которой я был, фатальное непонимание того, что вообще происходит вокруг меня.

А сейчас вы чем занимаетесь?
Сейчас я занимаюсь своим проектом, хочу сделать коллекцию одежды. Но это не совсем одежда. Это деталь интерьера — и не совсем деталь интерьера. Это некий перформанс, который ты можешь надеть на себя.

И пойти на улицу?
И пойти на улицу.

А когда вы в таком виде выходите из дома, не боитесь, что вас, например, в метро побьют?
Боюсь, конечно, ну и что? Мне кажется, стыдно будет не выйти, когда я понимаю, что это выглядит красиво и круто. Меня это вдохновляет. И я понимаю, что я должен выйти на улицу, пусть даже это и будет мой последний выход.

А бывало, что вас били за экзотический внешний вид?
За накрашенные ногти били.

Но вы отбивались?
Нет. Я считаю, пусть меня побьют, пусть меня убьют, пусть стану инвалидом — я найду выход, способ не остаться незамеченным. Я хочу привлечь внимание к тому, что человек может выглядеть так, как хочет. Что отличия и самовыражение — это приятные оттенки радостей жизни. Что можно найти людей, которые думают так же. Человек, который выглядит гипертрофированно эффектно, меня радует. А если меня этот человек радует, значит, и я радую кого-то. Мне кажется, я нормальный человек.

Пока вы молоды, красивы, хорошо выглядите, можно позволить себе экстравагантность. А с возрастом.

Это какой-то в головах общественный тормоз, это какая-то мнимая эстетика, культ молодости. Когда ты в молодости сам осуждаешь такой эффект, говоришь «нет, старое тело неэстетично», тогда ты стареешь и становишься несчастным человеком, который хочет самовыражаться, но не может себе этого позволить.

Вы планируете сделать что-нибудь из общепринятого? Например, завести семью, детей?
Конечно. Если общественная ситуация сложится так, что я смогу себе это позволить, то да.

Правда, что вас пригласили участвовать в проекте «Танцы со звездами» на телеканале «Россия-1»?
Да, я сейчас занимаюсь бальными танцами на проекте «Танцы со звездами». Учу самбу. И конечно, очень смешно наблюдать за собой. Как ты принимаешь неестественные для себя позы, как ты разучиваешь неестественные шаги. Ну, может, в каких-то ситуациях они естественные, но систематически делать раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь-восемь-восемь. как-то там ногами туда-сюда повторять — это, конечно, для головы смешно. Но мы выучили половину, и уже получается. Мне сказали, что это самый сложный из бальных танцев. Но иногда я сам над собой ржу и думаю: господи, это очень смешно!

Вы снимались в кино, в фильме «Энтропия», вместе с Ксенией Собчак, Валерией Гай-Германикой. Вас взяли потому, что вы тоже известная персона?
Там был художником-постановщиком и кастинг-директором Андрей Бартенев. Он позвал меня на пробы, я понравился, и меня взяли.

Ну и как вам?
Смешно. Еще раз убедился в том, что я не могу запоминать чужие мысли. Могу только свою болтовню говорить. Я текст заучиваю, но включается камера, и я не могу его произнести.

А как вы видите свою дальнейшую судьбу, карьеру?
Не вижу никак.

Вам же тридцать лет уже!
Тридцать лет, ну и что?

Неужели не хочется иметь стабильность?
Стабильность. Знаете, в голове такой момент. Понятно, что хочется. Мозг, типа, говорит: у тебя должно быть место, где ты будешь в безопасности ночевать и не думать о еде. Потому что мы всё равно все должны есть и спать, чтобы иммунитет не садился. Но другая сторона этого рассуждения: раз ты хочешь жить по-другому, может, ты просто боишься жить на улице? Если моя жизнь превратится в штамп, как у всех, я не против. Но я не хочу сам идти к этому. Это не моя мечта, я не хочу как у всех.

Москвич

Это мой город: художник и модель Данила Поляков

О любви к «Макдоналдс», опасных подземных переходах и своей выставке в музее АRT4.

Я родился…

В Москве. 31 января.

Сейчас я живу…

В Крылатском. Это первый год в моей жизни, когда я живу один. Одно дело, когда ты путешествуешь и живешь по несколько месяцев в каких-то квартирах по работе или от агентства. А сейчас один, и это довольно непривычное ощущение.

Мне нравится…

Гулять в парке на Крылатских холмах. Там много трасс и постоянно проходят тренировки по велосипедному спорту. Еще там есть смотровая площадка, откуда открывается вид на всю Москву. Раньше я всегда жил в самом центре города и до сих пор люблю прогуляться по Тверской и Столешке. А учитывая то, что ехать из Крылатского в центр минут двадцать, то я словно попадаю в другую Москву. Хожу и рассматриваю витрины, на которые раньше даже не обращал внимания.

Выпить и поесть…

Я люблю дома и в гостях. А вот такого любимого места, куда бы я ходил столоваться, у меня никогда не было. Раньше я частенько бывал в «Жан-Жаке». Ну и, конечно, есть великолепный «Макдоналдс» — ничего с этим не поделаешь. Люблю еду из «Бахетле», там очень вкусно. А еще обожаю треугольные пироги с разными начинками, которые надо запивать бульоном. Не помню, как они называются.

Кроме работы и дома…

Меня можно застать в музее АРТ4, где у меня открывается новая выставка. Я периодически захожу туда просто выпить кофе и поболтать с сотрудницами, с которыми мы успели подружиться.
Такого места, куда бы я постоянно ходил расслабиться, у меня точно сейчас нет. Люблю просто ходить по гостям. Обычные квартирные посиделки.

Я хожу не в клубы…

Скорее на какие-то конкретные вечеринки. Последние пару лет, например, в «Газгольдер». В «Пропаганде» по-прежнему бывают хорошие вечеринки. Иногда я появляюсь в некоторых заведениях на Artplay. Но сейчас нет такого места, куда я ходил бы всегда. Раньше был клуб «Солянка», но он давно закрылся.

Шью и рисую…

Я чаще всего дома. Если работать в гостях, много чего отвлекает.

Мой любимый московский аксессуар…

Тональный крем. Согласитесь, лучше тональный крем, чем красное лицо.

Давно собираюсь…

Но никак не получается съездить в Канаду.

Я бы хотел пожить…

Пару лет в Амстердаме. Когда приезжаешь в новую страну, всегда понимаешь сразу, мог бы ты здесь жить или нет. И нет — желание пожить в Амстердаме никак не связано с тем, что там разрешено что-то, запрещенное в России. Просто там я чувствую себя более расслабленно и спокойно. Может быть потому, что процент высоких и белокурых людей там выше. И на меня никто не пялится.

Я не считаю, что приезжие работают больше москвичей…

Знаю многих приезжих, которые толком ничего не делают. Если говорить о каких-то коренных-прекоренных москвичах, то, возможно, у них есть преимущества в виде более развитых социальных связей, которые поддерживаются десятилетиями. Или еще говорят, что москвичи заносчивые… Ага! Непонятно, кто более заносчивый.

Это интересно:  Тату со смыслом для мужчин

Москва за последнее десятилетие изменилась…

В целом мне очень нравится, как преобразилась Москва. Хотя меня ужасно раздражает, что ремонт, который делают в одном году, тут же переделывают в следующем. Раздражают тротуары с ползущей плиткой. Я видел, как люди падают на тротуарах, спотыкаясь об эту плитку. И еще мне не нравятся «низкие» переходы. Есть такой переход на Тверской, которого я боюсь. Вот у меня рост 195, а если бы я был 210, у меня бы уже был снят скальп. А что со мной будет, если я пойду с вечеринки на каблуках? Я точно разобью себе голову. Понятно, что мы не в Японии, где люди низкого роста. Но для меня это все очень странно.

В Москве не хватает…

Современного искусства на улицах. Нет красивых современных памятников, скульптур. Все, что даже ставят в последние несколько лет, вот эти бронзовые, нагоняют тоску. Они все как будто из прошлого века. От них веет депрессивностью. В городе совсем нет цветных скульптур, какие есть в Токио, Лондоне или Нью-Йорке. Взять вот скульптуры Энди Уорхола в Нью-Йорке — хромированное серебро, красота! Понятно, что памятники ставят, чтобы помнить, но почему обо всех надо вспоминать лишь с одной грустью и тоской? Вот памятник Майе Плисецкой еще ничего.

Моя выставка «Пэчворк-Давид-Спанч Боб» в музее АРТ4…

Была придумана после моего проекта там же с фотографиями, которые были скрыты за занавесом из разных отрезов ткани. Коллекционер, который этот проект приобрел, попросил сделать для него какую-то упаковку, специальную коробку. Я не нашел подходящей коробки и решил сделать конверт из ткани с аппликацией. Принес в АРТ4, показал Игорю Маркину (основатель ART4. — «Москвич Mag»), и ему очень понравилось. Тогда он предложил мне сделать целую серию таких работ в технике пэчворк. Так и получилась выставка «Пэчворк-Давид-Спанч Боб». Принцип моей работы остается таким же, как с рисунками: я не делаю никаких эскизов, я вижу сразу персонажей и композицию целиком и просто подбираю цвета и фактуры.

Прийти ко мне на выставку…

Нужно для того, чтобы просто поулыбаться.

Выставка Данилы Полякова «Пэчворк-Давид-Спанч Боб» проходит с 31 января по 1 марта в музее современного искусства ART4 (Хлыновский тупик, 4).

«Одежда — это суперманипуляция» – интервью с Данилой Поляковым

Привет! Проходи на кухню, — Данила гостеприимно открывает передо мной дверь однокомнатной квартиры на первом этаже в Крылатском. — Я сюда не так давно переехал.

Да. На самом деле я за свои 35 лет никогда не жил один, я до этого шесть лет в центре обитал. А тут двоюродный брат рассказал, что квартира освободилась, и я согласился сюда заехать. Здесь жила пара родственников, после их смерти помещение два года пустовало. И когда я заселился, то попал в мир их вещей. У людей тут вся жизнь прошла, все предметы быта остались. И когда ты во всем этом копаешься, то находишь такие штуки интересные. Видишь, какая пепельница необычная? (Даня протягивает мне винтажную пепельницу из перламутрового стекла.)
Гардероб тут был большой. Друзья теперь, когда замечают на мне новые шмотки, подшучивают, что я ношу одежду мертвых людей. А еще я тут обнаружил телевизор. Я его лет 15 не смотрел. А тут залип дня на три, даже рекламу не переключал — столько информации получил.

При этом — я знаю — ты не активен в соцсетях. Это твоя принципиальная позиция?

Я иногда через кого-то могу свои соцсети посмотреть, чтоб узнать, что там у меня «в жизни» происходит. Там кто-то что-то выкладывает… Мне самому это вообще не интересно, я соцсетей сторонюсь, боюсь зависимости от них. Вообще — я за технологии, за науку. Но я чувствую себя сильнее, когда отстраняюсь от всего этого. У меня есть возможность купить себе айфон, но не хочу. Я его называю «волшебный камень». Так очевидно, как все от него зависят. Это забирает столько твоей жизни. Многие, возможно, хотели бы, чтоб у них ее забрали. Но я лучше даже телик посмотрю или поделаю что-то. Не люблю, когда люди сидят в компании и вдруг утыкаются в телефон. Это такая «соцпалатка», такой домик, чтобы спрятаться. Только тебе стало чуть-чуть скучно или почувствовал стеснение, страх, раздражение — сразу загородился трубкой. Уж лучше, я считаю, эту эмоцию проговорить, выйти из этой ситуации. Самостоятельно справиться с тревогой или волнением. Сейчас ведь все на стрессе…

У тебя теперь более размеренный образ жизни? Ты говорил, что ходьбой занимаешься, рисуешь, шьешь…

Да, я занимаюсь ходьбой, но это не от того, что веду размеренный образ жизни. Не то чтобы я сижу дома, рукодельничаю и хожу на прогулки. Я все в таком же колесе, просто оно по-другому стало работать. Дело в том, что раньше я занимался хореографией. И был всегда в тонусе. Потом танцевал для себя, в клубах. Бывало, пропляшешь всю ночь — и ты в форме. Сейчас я стал меньше ходить по ночным заведениям, потому что половина из них позакрывалась, пошла волна других клубов и… В общем, я начал толстеть. Я в возрастную фигню не верю, но мой образ жизни сменился. И я не хочу раздуваться. По идее, йога была бы идеальна. Но мне хочется что-то свое найти. И я выбрал ходьбу по Крылатским холмам — все-таки свежий воздух, разные трассы. И появляется естественный тонус.

Ты упомянул про занятия танцами. Насколько я знаю, именно с них началась твоя творческая деятельность?

Вообще, моя творческая деятельность началась с того момента, когда в детстве меня посадили в мешок. У нас в детстве были очень интересные праздники. Я рос в большой семье, был пятым ребенком, и мама всегда делала очень смешные представления. В Новый год я был Бабой-ягой. И мама придумала, чтобы меня третий брат выносил в мешке как подарок. Я очень ярко это помню, потому что Новый год — это самый классный праздник для ребенка, намного круче, чем день рождения, потому что задействованы все.

Значит, с тех самых семейных представлений проявилась твоя склонность к эпатажу?

Слово «эпатаж» очень странное, я его не понимаю. Это какое-то отклонение от стандартов поведения, с эффектом «вау». Но то, что я делаю, — все-таки не эпатаж. Я склонен к неординарному поведению. Это значит не стесняться того, что тебе нравится, того, что по-настоящему эффектно. Фатальное желание, чтобы люди друг друга понимали и самовыражались.

В детстве ты самовыражался через танец?

Я занимался год хореографией, дольше не смог. У меня были слишком хорошие данные для младшей группы, а в старшей я сильно отставал по «мозгам» — интересы у детей там были другие, и меня морально задавили. Слава Богу, что мама это поняла и разрешила мне бросить. Потом сестра привела меня в клуб. И меня сразу же взяли танцевать гоу-гоу. Это очень смешно, конечно, танец раскладушки… Это был атас. Мы смотрели много клипов, копировали движения. И вот я стал танцором. А параллельно занимался модельным бизнесом.

Как ты туда попал?

Мы танцевали с диджеем Грувом (Данила также танцевал с группой «Демо». — Прим. ред.), и молодой дизайнер Света Ватанина увидела меня и захотела, чтобы я поучаствовал в показе ее выпускной коллекции. Я согласился, и там меня заметили крутой стилист Галя Смирнская и Денис Симачев, который учился на курс младше.

Расскажи о сотрудничестве с Денисом.

Я с ним работал не только как модель, но еще и как стилист. У меня очень ярко выраженный образ. На мне отлично смотрится любая одежда — и мужская, и женская. Я умею подстраиваться. Но тогда очень сложная система была. Это сейчас стали серьезно относиться к моде, и это здорово, потому что такой подход по-настоящему формирует жизнь. Изменяя свой стиль, ты абсолютно меняешь самоощущение и отношение людей к себе. И у тебя все идет по-другому. Тогда в России еще не понимали, что мода — это большая часть культуры. Это наука! Говорят, что встречают по одежке, провожают по уму. Одежда — это суперманипуляция. Я отчетливо вижу, когда люди пытаются выглядеть заурядно и не привлекать к себе внимание. Одежда очень о многом говорит.

А что было дальше? Съемки для журналов «Ом», «Птюч» — жизнь закрутилась?

Это интересно:  Широкие кольца из белого золота

Чувствую себя таким старым сейчас… Я тогда был подростком. А по ощущениям — ребенком. Не понимал, что происходит. Видел какие-то искренние моменты, какие-то шокирующие моменты. Крутое время было на самом деле. Но так не хочется говорить штампами. Я не ностальгирую. Я вспоминаю только то, что влияет на меня сегодняшнего.

Как ко мне относились друзья, семья. Вспоминаю, как выглядел раньше, как вел себя… Я странный человек. Многие говорят, что я как аутист. Например, могу стоять и смотреть в окно очень долго. Мне нравилось гулять одному и рассматривать то, что валяется на земле. Собирать какие-то трешевые вещи, какую-то фигню…. Мне по-настоящему это нравится. Я наблюдатель.

Картина Данилы Полякова

Ты не ощущал, что безумно востребован?

Я просто работал. У меня была сверхидея («универсальная модель». — Прим. ред.). Жизнь, она на самом деле без пола. Жизнь для всех. Мне действительно нравится создавать образы. Хочется вдохновлять. Потому что я понимаю, как это влияет на мир вокруг, на самоощущение. Сегодня ты, например, брутальный мужчина и смотришь, каким образом на тебя реагируют и мужчины и женщины, а в другой раз ты сидишь, как изящная дама. И наблюдаешь опять за реакцией. Это как наркотик на самом деле. Как вода и воздух…

А какая роль тебе самому больше нравится?

Мне больше нравится роль изящной дамы. Я как слониха из «Ледникового периода», которая возомнила себя опоссумом (смеется).

Ты долго работал за рубежом. Как выстраивают рабочие процессы там?

Там точно лучше, чем здесь, там очень классно. Нужно делать все, чтобы люди путешествовали, менялись культурой быта. И кто бы что ни говорил, я профессионал. Мне даже знание языка не нужно. Потому что есть сверхязык — это язык помощи.

Почему ты решил вернуться?

Обстоятельства сложились так, появилась в семье проблема — болезнь. Я должен был вернуться сюда и быть рядом с мамой. Потому что это важный момент, она нуждалась в моей помощи. Я решил, что лучше я здесь буду ничего не делать, чем там буду эгоистом. Родители очень сильно влияют. И вот сейчас их нет. Когда я вспоминаю, как они жили… Это невероятно на самом деле. Они герои. Воспитали пятерых детей и при этом сохранили свой ресурс индивидуальности, не стали истериками. Удивительно, что я их продукт…

Как бы ты описал себя?

Я занимаюсь «социально-бытовой системой». Доношу до людей, что очень важно то, как ты выглядишь. Пытаюсь вдохновить. Я хочу, чтобы все вокруг чуть-чуть притормозили и хотя бы на секунду задумались… Как мы сделаны, откуда мы сделаны… Ведь дальше ничего нет. И как ты можешь повлиять на то, что здесь останется.

Расскажи, чем ты сейчас занимаешься?

Делаю новую коллекцию, называется «Кибер-Индия». Вообще, Индия — это не моя страна, совершенно не моя культура. Но я недавно посмотрел фильм «Миллионер из трущоб» и очень вдохновился. Решил создать красивые наряды для очень смелых, умных мужчин. И для женщин, кстати, тоже. А еще недавно нарисовал такую картину… Ух, она меня самого пугает. Но это надо видеть!

Данила Поляков

  • Ведущий, Актер
  • Дата и место рождения: 31 января 1983 (36 лет), Россия, Москва
  • Рост: 1,83

Участвовал 5

Его коллеги по цеху

Видео 2

Модель с нестандартной внешностью и эпатажным поведением. Танцор и стилист.

Данила Поляков – российская топ-модель. Он добился безусловного успеха в мировом фэшн-бизнесе. В свое время его даже сравнивали с Натальей Водяновой, но у эксцентричного манекенщика свое неповторимое амплуа.

Данила Поляков. Биография

Данила Поляков родился 31 января 1983 года в Москве. Был нестандартным ребенком и совершенно нетипичным представителем своего постсоветского поколения. Нестандартное, творческое мышление Даниле Полякову передалось от его родителей. Мать работала воспитателем в детском саду, отец – был художником. Данила был младшим из большой дружной семьи, состоявшей из пяти детей.

С раннего детства Данила любил привлекать к себе внимание. Поверх брюк надевал юбку – в таком необычном наряде он отправлялся в школу. Уже с юного подросткового возраста, Данила Поляков начал самостоятельно зарабатывать на жизнь, танцуя в ночных клубах «Гоу-гоу». А в апреле 1999 года стал участником группы «Демо» на подтанцовке. Родители Данилы Полякова были против его творчества и не отпускали на гастроли вместе с группой. Взвесив все, юноша отправился завоевывать сначала столичные, а затем мировые подиумы фэшн-индустрии.

Работая на Дениса Симачева, Данила Поляков демонстрировал только лучшие наряды дизайнера. Знаменитый Симачев возложил на восходящую модель конкретную миссию – показать миру то, чем гордится Россия в плане современного искусства

Свой первый крупный контракт Данила Поляков подписал с агентством Storm. В процессе работы над многочисленными образами, харизматичный молодой человек покорил фэшн-бизнес, сумел задать новый стандарт мужской модельной красоты. По данным Storm, рост модели — 183 см, объем талии — 74 см, объем груди – 83 см, волосы – огненно-рыжие, глаза – зеленые.

Завоевывать мир моды Данила начал последовательно. На него стали не просто ровняться, его полностью копировали. В итоге, Данила Поляков породил целую волну подражания – на модных показах часто можно увидеть юношей с роскошными рыжими волосами, которые специально отращивали волосы и окрашивали их в огненные оттенки. Именитые показы и мировые дефиле не обходились без Данилы Полякова. Его приглашали John Galliano, Gaultier Homme,Ann Demeulemeester, Junya Watanabe Man,Gilles Rosier, YSL, Denis Simachev и другие. На миланской неделе моды 20072008 он открывал женский показ Gianаranco Ferre.

Данила Поляков, без сомнения, был одним их самых противоречивых персонажей в модельном бизнесе. После его появления в фэшн-индустрии, общественность разделилась на три лагеря. Одни, блаженно вздыхают, восхищаясь творчеством Данилы; другие, не знают и никогда не слышали кто это; третьи, объявили войну эксцентричному юноше, хотя знают о Даниле Полякове не более чем предыдущие.

Главное, что совершил Данила в своей карьере и в модельном бизнесе – это переворот в модной индустрии. Модель захватил практически все места на подиумах во время именно женских показов. Совершенное андрогинное тело, роскошные волосы, безупречное умение ходить на огромных каблуках, ничуть не уступая остальным моделям, и тонкие черты лица околдовали всех мировых ведущих дизайнеров. Данила Поляков любит экспериментировать со своим амплуа, совершенно не загоняя себя в рамки одного образа. Он с удовольствием примеряет изысканные женские платья и невероятные туфли на платформе от Alexander McQueen, с легкостью меняя их на строгие элегантные мужские костюмы, брюки и галстуки. Данила Поляков не ограничивает себя только мужской натурой, ему нравится пробовать жизнь с разных сторон.

Личная жизнь Данилы Полякова

Данила не считает себя гомосексуалистом, во-первых, у него есть возлюбленная Марина, с которой они вместе проживают в Москве, во-вторых, он просто с интересом относится к своей профессии исключая в себе страх перед новыми образами.

Многообразие в образах Данилы Полякова

Рекламные имиджи с Данилой Поляковым потрясают воображение. На многих даже сложно различить кто перед тобой – то ли утонченная миловидная девушка, то ли целеустремленный молодой человек, то ли яркий, необычный, экстравагантный фрик с неординарным мировоззрением. До Данилы Полякова никто из русских манекенщиков не мог похвастаться своим участием в модных показах ведущих мировых брендов. Только после его старта редакторы ведущих глянцевых журналов стали интересоваться моделями-мужчинами из России. С этих пор русские манекенщики начали успешно конкурировать с зарубежными коллегами.

Работа топ-модели приносила Даниле Полякову отличный доход. Но на этом звезда подиума не останавливался – он пробовал себя как модельер и как стилист. Его проекты становились все успешнее с каждым разом.

Телеканал МУЗ-ТВ объявил членов жюри нового реалити-шоу «Топ-модель по-русски». Совместно с французской моделью Инной Зобовой, популярным стилистом Владом Лисовец и Ксенией Собчак Данила Поляков выступил ведущим второго сезона программы.

Главное достижение Данилы Полякова в том, что он не боится экспериментов с собой, своей внешностью, не боится критики. Модель влюбил в себя все креативные агентства способностью удивлять и шокировать публику, поражать своей открытостью и отсутствием комплексов.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector