Экипаж для Полета на Шабаш

Известия из источников средневековья Западной Европы повествуют о том, что почти все ведьмы и ведьмаки перед «полетом на шабаш» натирались волшебными мазями и снадобьями, отчего они нередко теряли разум или ощущали себя в состоянии опьянения.

В конце XVII века в Германии, в Граце, появилась «диссертация», подробно доказывающая эту излюбнейшую черту «нечистой» силы. Ведьмы Африки для того, чтобы летать по ночам на спинах гиен или муравьедов, натирали руки и лицо белой мазью mushonga, а в племени кагуру ведьмы для этой цели привязывали себя к брюху гиен.

Существовали даже определенные знахари — специалисты по изготовлению мазей для «ночных ведьм». «Uarraninkalla», то есть те лица в племени бамбара, которые «превращались» в леопардов, потребляли для этой цели различные порошки, которые они называли собирательным словом «bashi». Аниото в восточном Конго использовали «тайную мазь»; на юго-востоке Африки для полетов также изготовляли «особые средства».

Как правило, подобные средства у разных племен и народов приготовлялись из различных растений и корешков. В племени зулу одним из таких растений являлась «iyoli», то есть «общая сорная трава деревни» — Datura stramonium, иначе табак. В районе расселения уланга — кашица из сваренных листьев Datura fastuosa. Исследователи, занимающиеся вопросом состава этих средств, чаще всего основой их считают дурман (Datura L.).

Среди африканских ученых интересно отметить наличие двойственности восприятия ими веры в существование ведьм.

Их мнение по этому вопросу то смыкается со взглядом таких западноевропейских исследователей, которые не только решительно отметают веру в существование ведьм, но и не придают большого значения занятию подобными народными верованиями, то — с мнением своего народа, который глубоко верит в наличие последних.

Так, например, одно из африканских племен пришло в ужас от британского законодательства, в котором не существует наказания для ведьм, поскольку таковых нет. Африканский ученый Мбити считает, что если и нет в действительности ведьм, то все же есть такие люди, которые встречаются по ночам, чтобы обмениваться опытом в деле колдовства и составлять планы на будущее чародейство. Некоторые из исследователей предполагают, что подобного рода вещи «трудны для понимания при помощи терминов нашего (то есть европейского — Е.Ш.) анализа». . .

Однако последним авторам можно поставить в упрек то, что они плохо смотрят у себя «под носом»: люди с европейским мышлением на протяжении столетий верили и верят в то, во что верят те африканские народы, которых они же исследовали на этот предмет. Так, еще буквально до наших дней в Венгрии существовала организация ведьм, члены которой натирались «колдовским жиром» для того, чтобы иметь возможность «летать».

Также и прочие европейские ведьмы и ведьмаки использовали, как и их африканские коллеги, идентичные наркотические средства, которые, по мнению самих «экспериментаторов», отуманивали мозг и вызывали пелену перед глазами, как, например, рассказывала в 1590 году Иоанна Михэлис из Шато Салэн, «летавшая» по ночам на шабаш. И так же, как и их европейские «коллеги», ведьмы Южной части Тихого океана летают в подземный мир, купаются и натираются мазями, после чего они блестят как райские птицы, именем которых их и называют. Затем они отправляются к дереву, карабкаются по стволу вверх и исчезают вдали, чтобы из подземного мира добыть прежде всего семена huyowana, то есть «счастья».

Акты европейских ведовских процессов по большей своей части ничего не сообщают о составе мазей и масла, которыми натирались перед полетами ведьмы. Исследователи, занимающиеся уже с XVIII века этой проблемой, чаще всего черпали свои сведения из трудов таких демонологов как Порта, Вейер и др. В актах же, если вообще идет речь о галлюцогенных или «ночных» растениях, то лишь в связи с вредоносной магией.

Впрочем, семена белены (Hyoscyamus L.) использовались и для других целей: палачами для опьянения своих жертв; для лечения и для предсказаний. Иванова трава (Hypericum perforatum) применялась при гаданиях о будущем. У германского племени салических франков запрещалось при пытке ведьм давать им для облегчения их мук напиток из опиума. В параграфе 6 статьи 58 Constitutio Criminalis Theresiana судьям запрещалось вынуждать показания всяческими «травами».

Позднее дурман использовался «ясновидцами». В 1648 году одному немецкому крестьянину, у которого потерялся вол, дали «пуговки» дурмана, с тем чтобы он его нашел. В целом же, как уже говорилось, состав мазей или любого другого средства для полета на шабаш в протоколах ведовских процессов не фиксируется. Лишь от 1596 года в деле некоей Агнессы Герхард и ее подруг, летавших по ночам на «dantz» (танец), звучит, что они «натирали подошвы ног мазью», а сама Агнесса «брала папоротник, морозник, лещину и все это варила вместе с одним яйцом в масле, чтобы получить мазь».

Как известно, папоротник (Chrysanthemum vulgare) содержит алкалоид и сильно действующее эфирное масло. Его листья в народной медицине использовались против головокружения и эпилепсии, но при чрезмерной дозе их использование может привести к параличу и потере сознания.

Наркотическое растение из семейства лютиковых — черный морозник (Helleborus niger) в средневековье часто приводил к отравлениям, поскольку его корневище содержит два глюкозида — хеллеборейн и хеллебрин, которые, подобно яду, выделяемому из кожи жаб, телоцинобуфагину, действуют на сердечные мышцы. О подобном действии морозника повествуется и в древнегреческой мифологии.

Кроме данных из протокола допроса Агнессы Герхард, в других документах ведовских процессов ничего не упоминается о ядовитых растениях как составных частях мазей ведьм. В XIV веке Анна Мария де Жоржель показала, что на ядовитые растения ей указал огромный козел. Но что это были за растения, из протокола не видно. А в 1651 году одна женщина показала, что некая особа дала ей же-. вать «горький миндаль», и этой жвачкой она и должна была натираться.

По всем симптомам этот «горький миндаль» явно относился к галлюцогенным растениям. О шведских ведьмах говорили, что они добывали яд из трав и цветов и для изготовления своих мазей смешивали его с жиром жаб и змеиной пеной. Впрочем, подобные указания исходят опять-таки не из актов процессов. Сожженные жабы и их слизь как составная часть волшебных мазей фигурируют в сагах и народных преданиях. В кожных выделениях жаб содержится бутофе-нин, но в фармакологической литературе его галлюцогенные свойства оспариваются.

Однако в коже всех этих видов животных (будь то жабы наземные — Bufo bufo или жабы, ведущие подводный образ жизни, — Bufo viridis) содержится сильное галлюцоген-ное вещество стерин. В коже огненной саламандры также содержатся два сверхъядовитых алкалоида — самандрин и самандаридин. Сожженные жабы на исходе средневековья нередко использовались как лечебное средство. Свидетельствует литература: «Ядовита ли жаба вообще? Все же, когда ее сожгут до пепла, она теряет силу свою ядовитую и пригодна для медицинских целей».

Считалось, что подобным лечебным свойством обладает и жир гадюки. В сагах герои нередко использовали его для того, чтобы понимать язык птиц и зверей. Бутофенин и подобные вышеназванные галлюцогенные вещества находятся также в семенах и листьях мимозы (Ahadenantera peregrina), а также в отдельных разновидностях мухомора.

Упомянутая мимоза — это то самое растение, о котором повествовал Христофор Колумб и которое использовали для того, чтобы спросить совета у черта жители Антильских островов. Еще и поныне гватемальские индейцы используют кожу жаб и растения с галлюцогенными веществами для натирания тела, а в древнем Китае изготовляемый из желез жаб бутофенин применялся в приготовлении опьяняющего напитка.

Наиболее известные рецепты мазей ведьм приводятся в трактатах врачей, астрологов, демонологов и других лиц, занимавшихся «magia licita», то есть «естественной магией».

Так, например, в одном трактате XVI века дан следующий состав: «жир детей, сок сельдерея, волчья трава, дурная трава, паслен и сажа». Подобное звучит и у знаменитого Кардана, у которого, очевидно, и было почерпнуто предыдущее сообщение. Таким образом, Кардан советует: для того, чтобы вызвать демонов, использовать дым сгоревшего кориандра, а также сожженных сельдерея, белены и болиголова. Здесь же можно привести «рецепт» философа Фрэнсиса Бэкона:

«Мазь, которую используют колдуны, говорят, изготовляется из жира детей, выкопанных из своих могйл; из корней только что народившейся волчьей ягоды и лапчатки ползучей, смешанных с крупно помолотой лучшего сорта пшеницей. Но я предполагаю, что наркотические лечебные средства делаются так же; ими являются белена черная, болиголов крапчатый, мандрагора, курослеп, табак, опиум, шафран, осокорь и т.д.»

Те же наркотические травы, как, например, паслен, белена, мандрагора и т.п., упоминает в 1570 году Андрее Лагуна. В Каталонии же главной составной частью мазей ведьм являлась рута (Herbe de bruixa). У Иоганна Вальвасора ингредиентами таких мазей были пятипалечник, красавка, водяное молочко, марьянник, сельдерей и волчья трава, а в 1626 году Франческо-Мария Гуаццо ведет речь о мимулосе, красавке, мандрагоре, золототысячнике зонтичном и маке. Фром-ман в 1675 году называет опиум, крокус, кориандр, сторакс и цикуту.

Можно было бы привести еще ряд других рецептов, отличающихся друг от друга весьма незначительно по всем странам и областям Европы. Знаменитая «мазь Афродиты» (fattura d’amore), состоящая из корня мандрагоры, белены, черного паслена, дурмана и т.д., еще и поныне употребляется в южной Италии. Севернее Альп используют часто вербену.

Травы, которые в народе носили общее наименование — «ведьминые травы», называются так и ныне, но уже не по их колдовскому свойству; приводят другое объяснение названия: их растрепанные соцветия напоминают спутанные волосы ведьм. Или, например, папоротник из-за своего похожего на крылья опахала именуют «ведьминый полет» (drudafeddara).

Брали ли лица, приводящие вышеназванные рецепты колдовских мазей, свои сведения «из воздуха», от собирателей трав или «летающих» на шабаш, установить невозможно. Но есть свидетельства, что некоторые из них пробовали эти мази на себе. А в 1590 году Богю писал, что некие лица, не будучи ведьмами, при помощи колдовских мазей вылетали через камин.

Однако в народе не столько использовали и знали рецепты колдовских мазей, сколько рецепты мазей «contra maleficia». Вот один из рецептов такой мази, дошедший до наших дней из XVII века: можжевельник (Juniperas L.), белена (Hyoscyamus К), вербена (Verbena L), папоротник, зеленая конопля (Cannabis sativa), паслен (Solanum L), масличное семя (Papaver sonmiferum), луковиц (Mentha pulegium), рута (Ruta L.), чистый папоротник, колокольчик, «волосы Венеры».

Это интересно:  Поделки из пластиковых бутылок для детей

При этом каждую траву или растение необходимо было собирать в особый для нее день недели. Однако при всей осведомленности астрологов, демонологов и прочих лиц, занимавшихся изучением рецептуры колдовских мазей, сами обвиняемые в колдовстве, как правило, ничего не знали о подобной рецептуре.

Большинство судей, допрашивающих обвиняемых, стереотипно предполагали наличие такой мази, хотя сами же упорно отрицали ее галлюцогенное свойство. Применение мази ведьмами объясняли, например, тем, что ведьмы «не могут переносить очень свирепые и немилосердные нападения черта, и поэтому таким образом он (черт. — Ё.Ш.) укрепляет благодаря этому маслу их члены». Позже сам полет на шабаш уже прямо назывался как «полет при помощи мази»; ведьмы именовались «намазанными птицами»;

Еще в период Ренессанса современники наблюдали женщин, .которые при помощи мазей впадали в транс и вещали по выходе из него о совершенных ими полетах, а также совершали при этом оргиастические танцы. При этом многие из этих женщин на следующий день жаловались на головокружение и большую усталость и называли точные признаки, которые наблюдаются у душевнобольных при так называемой «пориомании». Однако ряд исследователей нередко полностью игнорирует подобные свидетельства, считая, что все эти высказывания были сделаны лишь под пытками инквизиции, не прислушиваясь к показаниям очевидцев и полностью их отметая.

Отсутствие в протоколах инквизиционных процессов показаний о составах мазей можно объяснить и тем, что вопросы судей были направлены лишь на выяснение — действительно ли они (ведьмы — Е.Ш.) сидели на метле вперед (лицом), или, напротив, назад. или как они могли оказаться в воздухе». Если и ставились вопросы относительно мазей и их состава, то, как правило, они были наводящими, с желаемым для судей ответом.

Так, например, в районе Мюнстера в Германии судьи делали акцент на сок крушины (Rhamno cathartica); на нижнем Рейне — на Ивановы червячки (Lampyris noctiluca L.) или, как их называли в народе, «Kleuarschchen»; в Португалии — на росу, собранную в ночь накануне Иванова дня; в других областях Западной Европы — на жир крупного рогатого скота, мед, воск, пирожки, смешанные с золой или различные «волшебные» травы, даже и не встречающиеся в природе.

Однако сами подсудимые нередко не знали о тех снадобьях и их составе, которые им упорно приписывали судьи. И поскольку ведьмы являлись воплощением всего того, что противоречило обычному ходу вещей, то составной частью их мазей являлся для судей даже любой так называемый «обман» природы, то есть какое-либо отклонение от нормы.

Так, например, в 1474 году в Базеле был публично сожжен живой петух, снесший яйцо, который был обвинен в «противоестественном преступлении».

В современных англоязычных странах, где в наше время создаются и действуют так называемые секты ведьм и колдунов, также применяются и используются особые мази.

Впрочем, данные некоторых современных авторов весьма сомнительны. В одном из исследований приводится наперстянка (Digitalis purpurea), которую автор, очевидно, спутал с аконитом (Aconitum L.), поскольку наперстянка не играла никакой роли ни в народной медицине, ни в народных поверьях Западной Европы.

Совершенно без всяких на то оснований и доказательств некоторые исследователи принимают за ингредиенты колдовских мазей спорынью (Claviceps purpurea Tull.), паразитирующую в колосьях ржи, или же экстракт из поганок (Boletus erythropus), или красных мухоморов (Amanita muscaria), или когда, например, ведут речь о нынешних португальских ведьмах, «галлюцогенный» гриб Panaeolus papilionaceus.

Что касается ведьм периода инквизиционных процессов, то судьи, допрашивая их, редко отклонялись от официальных опросников, рекомендуемых, как, например, опросник от 1588 года земли Баден-Баден, церковными властями. Нередко дело доходило до прямых спекуляций, и опросники менялись в соответствии, с текущим моментом на пользу «святой» инквизиции. Так, например, в XV веке инквизиция обвинила вальденсов в Аррасе в том, что они якобы, и это следовало из опросника, при изготовлении мазей для полета использовали жаб, выкормленных гостиями, растолченные в порошок кости казненных, травы и, наконец, кровь маленьких детей.

Схожие обвинения были предъявлены катарам. Чаще же всего обвинение в основном направлялось против использования «колдовских чародейных трав», носивших недифференцированное наименование «папоротник», или «дурная, блуждающая трава», при помощи которой можно якобы понимать язык животных. Трудно определить, какая трава пряталась под наименованием «папоротник», поскольку это слово в германских, например, языках (farn) первоначально просто означало любую «высокую траву».

Поскольку в большинстве случаев реальность полета ведьм судьями предполагалась уже до допроса, то и в вопросах коренился готовый ответ: ведьмы не сами себя намазывали мазью, но в основном те аппараты, при помощи которых они летали (метлу, вилы, ухваты и т.п.), а в очень редких случаях ведьмы летали также в яичной скорлупе.

В некоторых редких процессах, например, в знаменитом ведовском процессе от 1670 года в Швеции, судьи ставили все же вопрос о достоверности уверений ведьм об их встречах с чертом, выдвигая предположение, что обвиняемым это всего лишь приснилось либо привиделось в бессознательном состоянии.

Опираясь на вышеприведенные данные, ряд исследователей нередко безмерно переоценивает роль колдовских мазей. Однако утверждать, что данные об использовании белены и красавки в сведениях о ведовских процессах «бесчисленны», как это делают некоторые авторы, не совсем верно.

Преувеличением является и утверждение отдельных представителей так называемой «психоделической» школы в этнографической науке о частоте применения «галлюцо-генных» средств в среднеевропейской народной культуре, а также приписывание даже невинным растениям, упоминаемым в сказках или сагах, галлюцогенных свойств.

И даже если эти растения могут хоть незначительным образом воздействовать на психику человека, то это отнюдь не означает, что они в народной культуре обязательно должны иметь мифическое или магическое значение. Так, например, спорынья (Claviceps purpurea), действие экстракта которой может нередко привести к ослеплению, была отмечена народом не по той причине, а из-за своего внешнего вида, поскольку ее плодоносные семенные коробочки напоминают собой длинные соски груди некоей мифической женщины.

Представители вышеупомянутой «психоделической» школы в западной этнографической науке, указывая, что нередкое в народе название черта — «травник» подтверждает их гипотезу, и в этом своем утверждении также неправы, поскольку это наименование, распространенное в Швейцарии, прежде всего использовалось в смысле «испорченный человек» или «молодчик», «фрукт».

И без учета всяческих мазей и трав твердо верили на исходе средневековья и в начале нового времени, что ведьмы летают -на шабаш. В 1609 году Жан Филесак писал, что тот, кто сомневается в полете ведьм, in-приверженец чистой веры, а просто дурак. Равное говорил и ломбардский инквизитор Сильвестр Приериас Моззолино. А в 1529 году инквизиционный совет шестью голосами против двух решил, что ведьмы Наварры действительно, а не в их фантазии, летали на свои сборища.

Но если речь шла при рассмотрении этих полетов о мазях, то нередко, с учетом аппаратов для полета, доходили до самых горячечных фантазий, не принимая во внимание при этом лишь галлюцогенное свойство самих мазей. Весьма естественным . казачось утверждение, что мазь в случаях совершения ведьмами полета на метлах или вилах вводилась ведьмами для облегчения посадки на данных «аппаратах» во влагалище и наносилась на малую и большую срамные губы.

Обычно же предполагалось, что ведьмы натирали мазью грудь, руки, кисти рук, локти, икры и голени. И, когда некоторые исследователи полагают, что прежде всего возникла вера в то, что первоначально намазывались «аппараты» для полета и лишь потом ведьмы принялись намазывать себя, исходя из предположения, что ведьмы (как например, когда ведут речь об английских ведьмах, очень ленивых на полет) первоначально на свои шабаши не летали, а ходили туда пешком, то в данном случае можно рассматривать такое утверждение как ставящее все с ног на голову.

Роль влияющих на психику человека растений часто замалчивалась, поскольку (как это показывает исследование трудов упоминаемых врачей, философов и демонологов, таких, например, как Порта, Вейер или Карданус) естественное объяснение подобных явлений было бы налицо и оно устраняло фигуру черта, которому придавалось в инквизиционных процессах большое значение. Едва ли в подобном случае его образ выполнял бы свою идеологическую функцию врага и соблазнителя верующих; ему лишь оставалась бы роль шута или обманщика, всплывающая бледной тенью в головах ведьм.

Да и вышеприведенные демонологи, боясь, что их обвинят в потворстве нечистой силе, всячески оговаривали на страницах своих трудов действие колдовских мазей, как это делал, например, Вейер, уверявший, что мази скорее используются чертом для притупления «бдительности» ведьм, чтобы превратить их затем в свое орудие.

В этом же отношении весьма показателен процесс над колдуном, знатоком трав, ясновидцем и «летающим» по ночам Дьель Бре-лем из Кальбаха в 1630 году, который показал, что он четыре раза в году посещал некую гору, но сам не знал, каким образом он туда попадал; от одной особы он узнал, что летал туда по ночам и встречался там с фрау Хольт, которая спереди была прекрасна, но сзади представляла собой дерево; именно там, на Венериной горе, он изучал травы.

И далее, он показал, что фрау Венус (fraw Venus — второе имя fraw Holt) наливала из котла варево, и они ели и много пили; при этом не произошло ничего дурного, хотя сам обвиняемый не хотел, чтобы все это вообще происходило. Очень похожая история приведена в письме доктора А.Либариуса к доктору Шнитцерису от 1608 года.

Из вышеприведенного можно заключить, что ведьма заставляла данного мужа, выманив ночью его душу пока он спал в постели, приобщиться к колдовству, то есть пыталась сделать его ведьмаком, поскольку она учила его применять для этой цели травы. Все же необходимо отметить, что сам обвиняемый подчеркивал, что она не обучала его ничему дурному, кроме как полету; то есть данная особа попросту хотела либо приобщить его к своей свите, летающей по ночам, либо сделать из него знатока колдовских трав.

И все-таки, хотя и в самих актах процессов вопросы судей к обвиняемым ставились в том же духе, что и в трудах демонологов, сами демонологи, выполняющие фактически в своих работах идеологическое оправдание инквизиции, находили резкую критику со стороны церковников, усматривающих в их произведениях отход от библейских сюжетов

Это интересно:  Самая Большая Попа в Мире

Уменьшение власти злого означало бы, что оно только с помощью ослепляющего действия трав спутывает разум ведьм и колдунов. Черт, который имел бы возможность воздействовать только на души, но не на мир материальных вещей, уже не существо, с которым допустимо заниматься гражданским властям.

Если обращаться только к действию гал-люцогенных веществ, то и черта можно вообще в этом случае отмести. Вот поэтому, даже в тех трудах магов и медиков, в которых приводятся рецепты колдовских мазей, уже намечена тенденция объяснять все действием нечистой силы.

Как обыгрывалось значение воздействующих на психику растений, отчетливо видно в объяснении «святой» инквизиции о культе кактуса в Новой Испании, в которой отрицалась сила этого растения вызывать фантастические галлюцинации.’ Даже испанский врач Хуан де Карденас, утверждая, что колдовские травы могут вызывать определенные сновидения, путаницу и жуткие сцены в головах язычников, все же заявлял, что эти «гнусности» вызваны чертом, заставляющим принимать те кактусы, травы и грибы, чье воздействие погружает души в темноту; однако, сами они не способны вызвать появление черта.

Напротив, Фрэй Диего Дуран, который в 60-м году XVI века писал об использовании у ацтеков мази из «ololiuhqui» (Rivea corymbosa) или «Ipomea violacea» (но не из Datura meteloides, как часто указывают), придерживался мнения, что люди, которые натирали себя такой мазью и становились колдунами, с ее помощью только и вступали в контакт с чертом.

Впрочем, и некоторые из современных исследователей в своем суждении о характере воздействия галлюцогенных растений недалеко ушли от приводимых выше мнений.

«Было бы интересно, — пишет в 1967 г. один из них, — узнать, что видят индейцы при грибном Ъпьянении. Поскольку их психика структурирована относительно просто и они находятся на примитивной ступени развития сознания, у них не может существенно отличаться алкогольное опьянение от бодрствующего сознания, не считая эффекта цвета и ощущения потери чувствительности тела. К сожалению, индейцы недоступны для таких вопросов, и они не в состоянии интерпретировать их душевные или опьяняющие переживания».

Наиболее последовательно выражают подобные мысли В.Хоопс, М.Добкин де Риос и др., хотя в западной этнографической литературе можно встретить и резкую критику подобных взглядов.

Лишь в более позднее время, когда появилось научное объяснение всем этим использованиям галлюцогенных растений и феи с эльфами были вытеснены в подсознание, стали признавать, что «ведьмы» пали жертвой своих видений, навеянных приемом подобных веществ.

Подобные мысли стали высказывать уже в XVII веке. Однако и намного раньше пытались интерпретировать все эти «демонические» опыты как заболевания, проявляющиеся с той или иной интенсивностью. Так, например, у Исидора Севильского каждый акт еретичества выглядит как «pestilentia», которая проникает в «viscera» через испорченный воздух.

То, чем была проказа для тела, тем и являлась ересь для души. Тереза из Авилы, напротив, пыталась спасти от нападок инквизиции монахинь, которых охватывали видения, тем, что относила эти «неинтеллектуальные» видения к болезни типа меланхолии. И комиссия, учрежденная для исследования одержимости монахинь из Оксонна в 1661 году парламентом Дижона, пришла к выводу, что в данном случае речь должна идти о «furor uterinus». Монахини были охвачены буйством любви и ни о чем, как только о любви, не думали и не говорили.

Представление о видениях некоторых женщин, а именно, так называемых «летающих» по ночам, как лишь о дико движущихся фантазиях или о том, что они являются жертвами какого-либо-демонического наваждения и наряду с этим мнение, что «новая секта» ведьм, по существу, летает «против общего обычая и самой природы», но что эти обе группы демонических людей не всегда довольно четко отличаются друг от друга, допускает увидеть то, что в 1508 году заявил проповедник Иоганн Гейлер из Кайзерсберга:

«И ты спрашиваешь: «Но что ты скажешь нам о женщинах, которые путешествуют по ночам и собираются, таким образом, вместе?» Ты спрашиваешь, действительно ли есть нечто в этом, когда они ездят на Венерину гору? Или эти ведьмы, если они и так туда и сюда путешествуют, сами ли путешествуют или пребывают на месте; или это только призрак? И вот, во-первых, я говорю, что они туда и сюда путешествуют и все же остаются на одном месте; но они полагают, что путешествуют, когда черт имеет возможность им видение, а также фантазию в голову внести».

И далее Гейлер продолжает:

«Есть определенное правило в материи, что черт может перенести вещь с одного места на другое, то есть физически через скопившуюся силу, которую он имеет от Бога всемогущего. Поэтому и случается, что ведьма сидит на вилах и натирается мазью и говорит слово. ».

Гейлер также повествует об одном рыцаре, который пожелал отправиться к фрау Ве-нусберг, но, когда он пришел в себя, он оказался лежащим в навозной луже. «Это была фрау Венусберг», — лаконично и насмешливо устанавливает Гейлер.

В 1540 году в Иннсбруке было объявлено, что арестованные «колдуны» должны на глазах всего народа натираться своей колдовской мазью с целью показать, что их полет является только «fantasey». И все же, мнения о том, летают ли ведьмы на самом деле или нет, резко расходились, и по этому вопросу на протяжении ряда веков шла ожесточенная полемика. Впрочем, что демоны не могут воздействовать на телесное, утверждал уже Посейдоний. Весьма туманно о полетах ведьм высказывался Лютер, склоняясь то к одному, то к другому мнению. И наконец в конце XVI века словами Христофора Вагнера высказался сам черт:

«Если кто желает знать, как достичь чужой земли, так мы можем быстро туда перенести, и в том мы оговариваем, чтобы они сделали мазь из жира людей и других веществ, затем этим натерлись и между ног поместили бы метлу или палку и прилежно бы ждали и о том бы пути думали, и их принесет туда, куда они желали; и когда наступит время, так они окажутся опять дома.

Иногда так же мы не берем их вместе с телом в воздух, но так переворачиваем их мысли и спутываем, что они иначе и не думают о том, что они были якобы в том месте, поскольку они жаждали, и видят все, что тут протекает и проносится, и что они сами были также при этом и помогали этому; но они все же лишь на одном месте спокойно лежали и оставались неподвижными».

И в гораздо более поздние времена можно было наблюдать нечто подобное в Западной Европе. Так, например, еще в прошлом веке в Германии об одной «ведьме» очевидцы рассказывали, что она в тайных местах натиралась мазью, крутилась с неистовой жестикуляцией по кругу и наконец падала в конвульсиях на землю. Спустя полчаса, бледная и ослабленная, она приходила в себя и утверждала, что только что была в обществе ведьм на Пятнистой горе. Неаполитанский маг и ученый Джамбаттиста делла Порта повествует об одной из ведьм:

«Когда я ныне очень прилежно задумался о таких вещах (поскольку я лишь истину узнаю о прошлом, и я сам сомневался, раздумывая об этом деле), мне подвернулась старая неряха (а именно, одна из тех, которую по-латыни именуют ночной птицей, поскольку она, как полагают, в ночное время высасывает у маленьких детей кровь и именно поэтому ее называют «стрига»), которая мне добровольно обещала и возвестила о своем желании в скором времени как следует ответить на мой вопрос.

Затем она приказала уйти половине из тех лиц, которые меня окружали. После того как они ушли и она всю себя натерла, но какой мазью, я не знаю (а само натирание было нам хорошо видно через дверную щель), она упала на пол от очень сильного действия мази, вызывающей сон. И погрузилась в глубокий сон. Но мы подобрались к приоткрытой двери и подробно исследовали ее кожу. Но она так крепко заснула, что это ни на волосок не почувствовала. После этого мы опять вышли, потому что хотели подождать дальнейших событий.

Вскоре сила мази ослабла, и она вдруг проснулась и рассказала много редких приключений, как она была на горе и в долине. Мы отрицали это, но она утверждала, что она права. Мы доказывали ей ее проделку, но это было напрасно. В целом мы просили ее при всех нас действовать, но напрасно, поскольку все это выглядело так, как будто кто-то дует в холодную печь».

Первое издание «Magia naturalis sive de miraculus rerum naturalium» появилось в 1558 году в Неаполе. Два года спустя в Венеции был опубликован итальянский перевод, в котором был опущен вышеприведенный текст Среди некоторых исследователей трудов и деятельности Порты есть и такие, которые утверждают, правда бездоказательно, что Порта сам экспериментировал с колдовскими мазями. Многие демонологи XVI века отклоняли это утверждение.

Как повествует один из так называемых демонологов о лицах, натиравшихся мазями, что в основном «это жадные до работы нищие женщины, которые живут в долинах и питаются хлебом, водой и дикими травами, когда у них нет и немного молока; иначе они не могли бы и прожить. Поэтому они худы, с неоформившимися фигурами, со впавшими тусклыми и черными глазами; итак, если человек взглянет на их лица, он поймет, что они полны меланхолия или черной сжигающей желчи. Они говорят неохотно, совершенно глупы и совсем не отличаются от тех, кто охвачен злым духом».

И действительно, недостаток витаминов В и С (обусловленный тем, что в отдаленных горных местностях, особенно в зимнее время, не хватало ни овощей, ни свежих фруктов, а также масла, яиц и мяса) вызывал экстатические и галлюцогенные видения у населения. И когда в истории средневековья питание населения улучшилось, поскольку в широком употреблении стали такие богатые аминокислотами овощи, как зеленый горошек и бобы, уменьшилось и число вышеприведенных случаев.

Это интересно:  Как Уменьшить Размер Пдф Файла

Что касается свидетельства Порты о старой «неряхе», то оно очень напоминает анекдот в истории Лукиана «Луций и осел», в котором он рассказывает о том, как в маленькую щель приоткрытой двери наблюдали за женщиной, обнажившейся догола и втирающей в себя оливковое масло. Неожиданно у ней выросло оперение, нос превратился в клюв и, крича как сова, она вылетела в окно. Впрочем, подобная сцена повторяется во многих сагах.

Также и богини Гера и Афродита обнажились и натирались мазями, чтобы затем улететь. Рассказ Лукиана в эпоху Ренессанса стал известен благодаря распространившимся «Метаморфозам» Апулея, в которых он и передан; он вызвал в умах людей той же эпохи множество параллелей, как это, например, делают и в наше время исследователи, когда сравнивают древнегреческих богинь и ацтекских «hahualli», которые могли превращаться в зверей.

Также и Порта «надел», так сказать, на свой рассказ классическую «одежду», что не было необычным для того времени. Подобные стереотипные представления уже были налицо в древности для описания ритуальных экстазов.

Итак, те ведьмы, которые являлись «союзницами» черта и перед полетом на шабаш натирались мазями, ведут, как мы видели, свое происхождение от «летающих» по ночам женщин, использующих галлюцогенные вещества.

И у так называемых «gude wychties» (добрых колдуний) и у «cunning folk», которых в кельтских странах связывали с лесными феями, всплывают такие мази. По шотландскому законодательству от 1563 года на смертную казнь осуждались не только они, но и те лица, которые консультировались у них об этих мазях. Казненная в 1324 году Алиса Кителер также натиралась подобными мазями.

Некоторые исследователи усматривают в «летающих» по ночам пережитки архаических культов, и главная ошибка таких суждений заключается в том, что они при этом смешивают этих женщин с поздними ведьмами и при помощи манипуляций с древними текстами конструируют древний культ Дианы, который, в лучшем случае, находился в фантазиях некоторых инквизиторов и демо-нологов.

Северные саги также повествуют об одной повивальной бабке, которая натиралась «мазью эльфов», чтобы иметь способность видеть то, что происходит под землей. Очень рано встречается также упоминание о «мази троллей». Литовские берстукаи, эльфоподоб-ные существа, которые при лунном свете танцевали на лугах, иногда натирали людей мазями, чтобы они могли превращаться в животных, а также имели способность летать. И в России, как и подобные им женщины в Индии, «дикие женщины», чтобы стать невидимыми, натирались мазями из корней лесных растений.

Экипаж для полета на шабаш, что за слово из 6 букв?

И снова Маргарита на знаменитой швабре, на помело ей садиться, как- то не комильфо, а плясавшая в прихожей- швабра- в самый цвет оказалась, она даже управление освоила, когда окна в высотке колошматила молотком, в общем швабра и помело- вполне- для ведьм подходящий транспорт.

На свою ночную сходку сказочные любительницы острых ощущений прилетают по воздуху и средством передвижения этим дамам служит не что иное, а помело.

Это слово, состоящее из пяти букв и является правильным ответом на этот вопрос.

У каждой ведьмочки имеется индивидуальное, только ей послушное, помело.

Как известно, на шабаш в основном летают ведьмы, это из фольклора. Так что для ответа на наш вопрос необходимо определить их транспортное средство, то есть, на чем именно они летают, это и будет их экипаж. Летают ведьмы на метле, но это слово не подходит по буквам, так что воспользуемся устаревшим названием Помело.

У Михаила Булгакова в романе «Мастер и МАргарита» главная героиня летала на шабаш на щетке, таков сюжет романа, а в русском фольклоре и старинных преданиях и сказках ведьмы летают на таком транспортном средстве, как метла и помело.

Из двух слов только оно состоит из шести букв: помело.

Правильный ответ на загадку: помело.

Ведьмы на шабащ летают в фильмах, сказках и в ужастиках на метлах обычно. Метлу иначе называют еще метелкой и помелом. Сейчас еще ее заменили для уборки швабрами различных видов и ярких расцветок, еще щетками(тоже удобно). Ну в общем, на ответ на вопрос по количеству букв (написано 6 букв)подходит только помело. Не путать с одноименным фруктом. А так, если было бы 5 букв идеально подходила бы метла.

Как известно из русского фольклора, на шабаш летают ведьмы на своих излюбленных транспортных средствах: мётлах или на помеле. Нам как раз подходит второе название, состоящее из шести букв.

Правильный ответ: помело.

Сразу вспомнилась знаменитая Вальпургиева ночь, именно в эту ночь все ведьмы мира собираются на великий шабаш. Конечно, они не приезжают на дорогих авто и не прилетают на самолетах, да и пешком не идут к месту сбора.

Попробуем распознать экипаж, на котором ведьмы прибывают на место увеселения. Поскольку метла по числу букв не подходит, то выберем шестибуквенное слово «помело». В принципе помело — это та же метла, причем эти предметы выполняют одну и ту же функцию: доставляют ведьм на большой шабаш. А затем ведьмы весело проводят время, отрываясь по полной.

Кстати, считается, что ведьмы мелкого масштаба летают на метлах, а ведьмы с высоким статусом летают исключительно на черных козлах или на собаках.

Почему считается, что ведьма летает именно на метле (10 фото)


Традиционный образ ведьмы на метле.

До ХХ века ведьмы почти всегда изображались как обнаженные красивые девушки. На сегодняшний день традиционный образ кардинально изменился. Теперь колдунья — это старуха в черном балахоне и остроконечной шляпе. Времена изменились, но остался главный и самый необычный атрибут чародейки – метла для полетов.

Ведьмы прибывают на шабаш. Луис Рикардо Фалеро, 1878 г.

В течение долгого времени оставался актуальным вопрос о том, почему ведьмы летали именно на метлах. Одни считают, что метла выступала обозначением женской хозяйственности, а другие усматривали в ней фаллический символ. Для чопорного патриархального общества Средневековья этого факта уже было достаточно, чтобы ненавидеть ведьм.

В те годы в Европе еще оставались пережитки древних языческих ритуалов. Так, весной, чтобы получить хороший урожай, крестьянки выходили в поля, где танцевали вокруг столбов с вилами и метлами и прыгали вверх под песни. Это можно сравнить с описанием шабаша в книге Реджинальда Скота 1584 года:

«На этих магических собраниях ведьмы никогда не переставали танцевать. Они пели, кружились с метлами в руках, скакали по деревьям и переносились на большое расстояние».

Если объединить языческие традиции, метлы, фаллические символы плодородия, подпрыгивания, то получатся все элементы, необходимые для мифа о летающих ведьмах.

Полет на ведьмин шабаш. Луис Рикардо Фалеро, 1880

В начале XVII века появляются первые массовые сообщения о ведьмах, использующих «летающие мази» для полетов на метле. Их делали из галлюциногенных веществ, распространенных в Европе, таких как: спорынья, содержащаяся в зараженном зерне, белена, белладонна, мандрагора. Оккультист Йоганн Вейер в книге «Об обманах демонов» (Praestigiis Daemonum) 1563 года, сообщает, что все эти ингредиенты для «летающей мази» были у каждой ведьмы.

Гравюра по дереву с изображением ведьмовского шабаша. Ханс Бальдунг, 1510 г.

Главное, не отравиться насмерть приготовленным эликсиром. Другой, более безопасный способ доставить галлюциноген в организм – через слизистые оболочки. Из записей XV века Джордано де Бергамо:

«Вульгарно даже представить, но ведьмы признаются, что в определенные дни или ночи они обрабатывают свой шест или метлу мазью и перемещаются на ней к назначенному месту. Также они мажут себя под мышками и в других волосистых местах».


Французская ведьма готовится к полетам, намазывая себя мазью.

В 1477 году Антуан Роуз, известная как Савойская ведьма, призналась под пытками, что общалась с дьяволом. По её словам, это был темный человек с хриплым голосом, которого звали Робин. Женщина поцеловала ему ногу в знак уважения, отказалась от Бога и христианской веры. Взамен он поставил ей отметину на мизинце левой руки, вручил палку 0,5 метра длиной и горшок с желтой колдовской мазью.

Желая попасть на шабаш, Антуан Роуз смазывала палку снадобьем, садилась верхом и кричала «Именем дьявола! Лети и ступай», и та тут же переносила ее на место сбора. Там ведьмы и ведьмаки танцевали, пели и совокуплялись.

Полет на шабаш. Albert Joseph Penot, 1910 г.

В наши дни человек, испытавший на себе рецепт средневекового зелья (белладонна, белена, аконит и болиголов на основе животного жира), описывал это так:

«Каждая часть моего тела, казалось, собирается покинуть меня, и я был охвачен страхом, что я разваливаюсь. В то же время я испытал опьяняющее ощущение полета. Я вырос до облаков, небо снизилось. Стада животных, падающие листья, развевающиеся серпантины рек, пар, расплавленный металл – все циркулировало вместе».

Четыре ведьмы. Альбрехт Дюрер, 1497 г.

Для чего же чародейки использовали именно громоздкую метлу, если можно было обойтись небольшой палкой? Секрет прост. Ведьмы под пытками признавались, что якобы вязали свои орудия для полетов из пучков «нужных» растений, а затем варили их в масле. Достаточно лишь разогреть метлу, и та готова к использованию.

В Средневековье всё это расценивалось как попытка продать себя дьяволу. Многие женщины были подвергнуты пыткам и убиты за то, что осмелились исследовать такие формы личной свободы. К счастью, те времена уже ушли, но отголоски обрядов еще можно найти в литературе и кино. Наглядным примером является знаменитый полет Маргариты над Москвой в романе Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита».

Сцена полета на шабаш в романе «Мастер и Маргарита».

Статья написана по материалам сайтов: www.bolshoyvopros.ru, pressa.tv.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector